Римини

Минуя области Лацио, Умбрию, Марке, Эмилию-Романью, пересекаем итальянский «сапожок» с запада на восток. В Апеннинах дорога вьется серпантином. Туннели, перевалы — картина, хорошо знакомая по Кавказу. Незабываема прелесть итальянской природы в эти весенние дни. Деревушки утопают в розах, их множество — самых разнообразных цветов и оттенков, размеров и видов.

Минуя области Лацио, Умбрию, Марке, Эмилию-Романью, пересекаем итальянский «сапожок» с запада на восток. В Апеннинах дорога вьется серпантином. Туннели, перевалы — картина, хорошо знакомая по Кавказу. Незабываема прелесть итальянской природы в эти весенние дни. Деревушки утопают в розах, их множество — самых разнообразных цветов и оттенков, размеров и видов. Розы, вьющиеся по старым каменным изгородям, розовые кусты, похожие на маленькие деревца в садах, розы на стенах домов — их тонкий обнаженный ствол добирается до второго, а то и до третьего этажа и там неожиданно между зелеными жалюзи разрастается пышным букетом.

 

Но розы не могут скрыть тяжелых будней итальянской деревни — на полях работают крестьяне, в упряжках — белые длиннорогие волы. Так же обрабатывали эту плодородную землю и сотни лет назад. Фруктовые сады уже отцвели. Зато перед нами алые поля маков. Стройными рядами вытянулись тутовые деревья, эти «труженики» несут двойную нагрузку: их ветви служат подпорками для винограда, а листья — кормом для шелковичных червей. Стрелка — указатель на одной из развилок дороги — заставляет учащенно забиться сердце: «На Урбино». Урбино — родина Рафаэля. И в том, что видишь вокруг, в тающих очертаниях холмов, в нежных весенних красках вдруг узнаешь черты поэтического умбрийского пейзажа, так тонко переданного юным Рафаэлем в картине «Мадонна Конестабиле», хранящейся в залах Эрмитажа. Лирическое настроение несколько нарушает реклама.

 

То и дело навстречу выплывает шестиногая черная собака с огнедышащим языком — марка итальянской фирмы автомобильного бензина Аджип, конкурирующей не на жизнь, а на смерть с американской Эссо и английской Шелл. Полуобнаженная фанерная девица восторженным жестом поднимает вверх руку с ярким флаконом «Ambra solare» — реклама средства для загара. Реклама советует путешественникам приобрести лучший сувенир — изделие из итальянской шерсти, читать газету «Il Tempo», отобедать по дороге в ресторане «Торквато Tacco» и многое другое. У городка Фано Виа Фламиниа сворачивает на Адриатику, дорога идет по берегу моря. Оно сверкает и переливается справа, а слева по-прежнему мелькают сады, виноградники и поля. — Скоро Римини, — говорит шофер, указывая вдаль, туда, где в лиловых сумерках виден на горе замок, и добавляет: Градара. К этим словам трудно остаться равнодушным. Градара — замок, где жила и была убита Франческа да Римини, женщина, чье имя обессмертили Данте и Чайковский. Через несколько дней мы посетили Градару.

 

Градара находится примерно в двадцати пяти километрах от Римини, в стороне от большой автомагистрали. Замок, в основе своей средневековый, сейчас принадлежит частному лицу. Хозяин живет за границей, и с достопримечательностями его владений нас знакомил словоохотливый служитель. Вот замковый двор и вольер с попугаями, парадные залы и жилые покои, опочивальня Франчески и потайная дверь, через которую не успел скрыться Паоло Малатеста. II хотя знаешь, что замок много раз перестраивался и от времени Франчески здесь едва ли что сохранилось, фантазия вызывает тени далекого прошлого.

 

Поиск по сайту

Статьи