Борьба с неграмотностью

Трудность обучения искусству чтения и письма не напугала новую демократию, энергично взявшуюся за работу, с тем чтобы сделать это искусство всенародным достоянием. Учиться читать и писать стало общественной обязанностью.

В деревнях были открыты сотни школ; теперь в них учатся не одни только дети богачей. Для обучения взрослых стали применяться новые методы. При въезде во многих деревнях вывешены таблички с иероглифами, около которых дежурит какой-нибудь мальчуган или боец из отряда самообороны. Возвращаясь вечером с поля, крестьянин не имеет права пройти, прежде чем не прочтет письмена. Таблички время от времени меняются, и число иероглифов на них увеличивается.
Стремление покончить со своей неграмотностью не дает покоя крестьянину. В обеденный перерыв и утром, перед тем как начать работу, он непременно должен получить свою ежедневную «порцию» уроков.
Другой формой обучения взрослых является «движение маленьких учителей», когда дети по вечерам учат взрослых тому, что днем они сами проходят в новой школе.
В деревенских, волостных и городских народных газетах Освобожденных районов, и главным образом в распространенных повсюду стенных газетах, используются 800—1000 иероглифов, большую часть которых составляют упрощенные иероглифы. Поскольку благодаря усилиям новой демократии число неграмотных сокращается исключительно быстро, эти газеты постепенно становятся газетами для всех, становятся важной составной частью новой народной культуры.
Новая демократия изобретательна. Она решительно опрокинула довод, что демократия возможна только там, где каждый по крайней мере умеет читать и писать.
Один из высших гоминдановских офицеров, получивший образование в Соединенных Штатах, в споре со мною о демократических реформах сказал: «Как смешны эти вопли о демократии в стране, где 60% населения не умеет читать и писать. В Китае основная проблема — это образование. Сначала образование, а потом демократия».
Он производил впечатление человека, который не торопится и может ждать. Но новая демократия, не имеющая возможности ждать, по-своему разрешила проблему «неграмотного избирателя».
В одном из уездов были назначены выборы. Избирательная комиссия пригласила фотокорреспондента из провинциальной газеты и просила его сфотографировать всех кандидатов. Фотографии их были вывешены потом на избирательном участке. Под каждой из них стоял небольшой открытый мешочек. Каждый крестьянин, идущий голосовать, при входе в избирательный участок получал горошину и, сжимая ее в кулаке, проходил мимо портретов кандидатов. Он опускал горошину в мешочек под портретом желательного ему кандидата. Когда горошины в мешочках были подсчитаны, у меня создалось впечатление, что тайна выборов и принципы демократии были здесь соблюдены лучше, чем на тех выборах, которые мне пришлось видеть в США, где выборы подготовляются тысячами оплаченных статей, а подсчет голосов производится новейшими электрическими счетными машинами.
 

Поиск по сайту

Статьи