Положение рекрутов

За время пути в лагерь для военной подготовки крестьяне, которых оторвали от полевых работ, превращаются буквально в скелеты. Из-за болезней, вызванных отсутствием питательных веществ, и голода у них вздуваются животы и распухают ноги. Чесотка и нарывы покрывают все тело.

Ввиду тяжелого состояния, в каком новобранцы прибывают в лагерь, для большинства из них он является всего лишь транзитным пунктом, откуда они попадают в лагерный госпиталь. В одном таком госпитале я видел 300 безнадежно больных; ежедневно в этом бараке умирали 20 человек, но число находившихся в нем людей никогда не уменьшалось, ибо лагерь беспрестанно наполнялся новыми кандидатами на верную смерть.
На вопросы, которые я задавал больным, они отвечали запинаясь и не сразу, как отвечают обычно люди, настолько измученные, что они уже не в силах сосредоточить свою мысль на самых простых вещах. В госпитале не было ни обученного персонала, ни медикаментов. Кожа больных малярией и дизентерией стала совершенно серой и была покрыта нарывами.
Я посетил генерала, отвечавшего за этот лагерь, и застал его за дружеской беседой с каким-то посетителем. Когда я завел разговор о том, что я видел в госпитале, посетитель быстро поднялся и с исключительной поспешностью распрощался. После его ухода генерал признал, что существующие в госпитале порядки, которые я подверг столь жестокой критике, поистине прискорбны. Только что ушедший посетитель — директор госпиталя, и он как раз пришел просить освободить его от этой должности. Трудно ожидать, чтобы этот человек в последние дни своего пребывания на посту проявил большой интерес к предъявляемым мною требованиям об улучшении работы. Вполне естественно,— добавил генерал,— что в ути последние дни он попытается выжать из госпиталя все, что сможет; тем более, что он намерен открыть собственную больницу в городе. Но если у меня хватит терпения и я подожду прибытия нового директора, уже назначенного, то он, генерал, будет счастлив воспользоваться моей помощью как врача, в том случае, разумеется, если я не буду вмешиваться в административные и финансовые дела госпиталя.
По моим собственным подсчетам и по подсчетам моих сотрудников, за последние годы войны из ста насильственно мобилизованных крестьян лишь десять попадали в регулярную армию. Остальные умирали или в процессе рекрутского набора, или во время прохождения военной подготовки.
Продажность в этом аппарате настолько велика, что сведения о ней просочились даже на столбцы гоминдановских газет. Так, случай с командиром дивизии Цзян Дай попал в газету «Гоминьбао». Эта газета, поддерживаемая местными банкирами и крупными торговцами, писала 21 апреля 1945 г.:
«Командир дивизии Цзян Дай был отозван с фронта в Чунцин для переподготовки. В последний месяц своего пребывания там он поехал к себе на родину в деревню Аниошан. По дороге он встретил свыше 80 человек в черной форме, обыскивавших местность. Прибыв домой, он узнал, что это были вербовщики,   принуждавшие   деревенских жителей вступить в армию и таким путем вымогавшие у них деньги; они доходили до того, что арестовывали старых женщин и совсем молодых девушек, запирали их в темные помещения и требовали от каждой заключенной 5—10 тысяч долларов в качестве платы за освобождение.
Командир Цзян составил подробный перечень всех случаев взяточничества, инкриминировавшихся деревенскому старшине. Каждый из приведенных им примеров подкреплялся точными данными. Всю свою семью Цзян тоже нашел арестованной. Она была освобождена лишь благодаря его неожиданному приезду». Другая газета поместила статью некоего Чэна, в которой он сообщал о следующих случаях:
«1. Продажа годных к военной службе мужчин агентам по проведению мобилизации.
2. Жестокое обращение, какому подвергаются эти люди. В некоторых случаях практиковалось отрезание языка как мера запугивания, что повлекло за собой всеобщее возмущение в данной местности.
3. Купля рекрут торговцами живым товаром, специальными агентами рекрутского центра при административном отделе штаба некоей армии по 10 тысяч долларов за человека и продажа этих солдат мобилизационным бюро в сельских районах по 50—80 тысяч долларов. Нечистое, но крайне прибыльное дело».
 

Поиск по сайту

Статьи