В китайской деревне

Вечером мы остановились в доме богатого человека в одной большой деревне Его «дом» состоял из группы строений, отделенных друг от друга дворами. Нас, почтенных и высокопоставленных гостей, пригласили к столу.

Хозяин потчевал нас плавниками акулы, привезенными, из Шанхая, супом из голубиных яиц и маленькими только что вылупившимися цыплятами, которых заворачивали в зеленые листья и запекали. Кули сидели во дворе. Каждый торопливо двумя палочками подносил ко рту рис из своей чашки. Изредка во время этой однообразной трапезы брали они с общей тарелки маленькие кусочки каких-то зеленых, поджаренных на растительном масле овощей в той скромной порции, которая полагалась каждому из них.
Из разговора за столом мы узнали, что хозяину принадлежало много земли в округе. Большую часть своих владений он сдавал в аренду и в уплату получал от крестьян 60 процентов урожая. Огромные амбары для риса во дворе красноречиво свидетельствовали о том, какие доходы приносили ему его земли.
Как раз перед ужином он принял депутацию арендаторов, пришедших просить у него в долг рису, который они обещали возвратить из ближайшего урожая. Он милостиво согласился. Поскольку он назначил 10 процентов в месяц, весь будущий урожай задолжавших арендаторов переходил к нему. Сегодня они апеллировали к предпринимательскому духу владельца; в будущем году их жизнь будет зависеть от его «великодушия».
Этот помещик был также старшиной района, охватывавшего окрестные деревни; кроме того, он был начальником гражданской гвардии и председателем местного отделения правительственной партии гоминдана, единственной легальной партии в тех районах страны, где еще не был установлен режим новой демократии.
Наш хозяин занимался также тем, что давал денежные ссуды под высокие проценты и поддерживал хорошие отношения с уездным старшиной и губернатором провинции. Подобно ему, последние также занимали высокие посты в гоминдане, были помещиками, ссужали деньги и командовали военными отрядами — но все это на соответственно более высокой ступени. Они были богаче и щедрее по отношению к равным себе, более жестоко эксплуатировали кули и крестьян, применяли более суровые меры насилия по отношению к недовольным. 
Вниз по реке
В течение двух дней мы плыли по небольшой реке на веслах, а при попутном ветре — под парусами, пока не достигли великой реки Янцзы.
На месте впадения скромной речки в широкий поток расположен город. Чернорабочие (кули), ремесленники и мелкие торговцы составляли 80 процентов его населения. Остальную часть составляли правительственные чиновники, служащие крупных фирм, несколько богатых помещиков, живших в городе, коммерсанты и директор местного филиала «Крестьянского банка», этого разветвленного по всему гоминдановскому Китаю правительственного концерна, главным патроном которого был главарь фашистского крыла гоминдана Чэнь Ли-фу.
Большинство людей на улицах было одето не в изорванные и заплатанные синие бумажные куртки и штаны, какие носит сельское население, а в традиционные, похожие на сутаны, китайские халаты; у преобладающей части населения они были из простых бумажных тканей, у немногих зажиточных — из шелка.
В течение нескольких дней мы спускались вниз по течению Янцзы вдоль бесконечных рисовых полей, бесчисленных деревень и многочисленных небольших городов. Диалект населения менялся, социальный же состав оставался все тот же. Редко на нашем пути попадались фабричные трубы современного города. Лишь когда мы добрались до Шанхая, пейзаж изменился. Здесь мы увидели часто описываемую, но редко правильно истолковываемую «пеструю картину» большого дальневосточного портового города.
 

Поиск по сайту

Статьи