Вы находитесь:

Languages

Статьи

Флеш карта

Статистика

хостинг от .masterhost


       Категория  История » Становление

 

становление

 

В Средней Азии становление ранних городов и государств происходило в разное время, по мере расширения ареалов распространения производящих форм хозяйства. Различным путем шло формирование государственности в оседло-земледельческой и кочевой среде.
Классовая теория происхождения государства, преобладавшая в советской историографии и определенная марксистским подходом к изучению исторических процессов, не раскрывала содержания всех факторов, которые привели к возникновению государств, в том числе на территории Узбекистана и Средней Азии в целом.
Многочисленные археологические данные эпохи бронзы и раннего железа, на основе которых изучены социально-экономические отношения населения региона, позволяют считать, что первоначальное развитие государственности протекало здесь в условиях, при которых социальная дифференциация и так называемые антагонистические классы не играли определяющей роли в жизни общества.
Государственность в Средней Азии возникала в первобытном обществе, на основе производящих форм хозяйства, вследствие значительного развития производительных сил, необходимости эффективного управления производственными процессами и социально-экономическими отношениями, а также удовлетворения жизненно важных интересов населения древне-земледельческих районов-оазисов, регулирования социальных и других видов связей, координации межобщинных отношений.
Во второй половине XIX—начале XX в. основанием для изучения ранних государств Средней Азии послужили сообщения Ктесия Книдского о Древнебактрийском царстве, немногочисленные сведения из Авесты (объединение областей по Михр Яшту-Арьйошайана), а также труды Геродота и Гекатея Милетского («Большой Хорезм»). Основные положения о древнейших (доа-хеменидских) среднеазиатских государственных образованиях до конца 30-х годов XX в. были отражены, в основном, в трудах западных исследователей.
В советской историографии, одними из первых к этой проблеме обратились СП. Толстов и М.М.Дьяконов. В последующем историография вопроса, критический анализ основных концепций и постановка новых гипотез были представлены в различных публикациях.
Надо отметить, что до конца 80-х годов прошлого столетия вопрос о возможных древнейших государственных образованиях связывали с южными областями Средней Азии, а также с Хорезмом и сако-массагетским военно-политическим объединением. Роль Согда и Ферганы в истории региональной государственности оставалась неясной.
В последние 15 лет был опубликован ряд работ, в которых на основе археологических исследований памятников эпохи бронзы и раннего железа в долине Сурхана, Кашкадарьи, Зарафшана и Ферганы рассмотрены различные вопросы, связанные с историей становления и развития городов и государственности на территории Узбекистана. В процессе обобщения вопроса исследователи использовали не только археологические материалы, но и письменные источники — труды греко-римских авторов и данные Авесты.
Авеста, особенно ее ранние части — Яшты и Гаты — содержат сведения о древнем обществе широкого региона, для которого характерны как догосударственные, архаичные родо-племен-ные черты, так и раннегосударственные, присущие военно-политическому объединению оседлых скотоводов и земледельцев ряда областей Среднего Востока. Это обусловлено тем, что Авеста — памятник многослойный, и ее ранние части отражают также до-зороастрийские представления, т.е. исторический период, предшествовавший деятельности Заратуштры.
Данные Авесты, наряду с другими письменными источниками, широко использовались для изучения вопроса о ранней государственности Средней Азии в исследованиях многих поколений ученых.

В результате этих исследований возникла и разрабатывалась гипотеза о государственном объединении, известном как Арьйо-шайна, Арьянам Вайчах или Арьянам Вайджа — «арийский простор», «страна ариев», или же эти понятия связывались условно с термином «авестийский народ». Процесс становления и развития этого объединения исследователи обычно относили к VIII— VII или IX—VII вв. до н.э. Историография вопроса нашла отражение в различных публикациях.
Большинство исследователей признает, что проблема общественных структур и политических институтов по данным Авесты остается дискуссионной. Использование с этой целью лишь авестийских текстов без учета археологических данных едва ли может способствовать успешному решению проблемы. Главное, недостаточно четко определена хронология политических событий, отраженных в Михр-Яште, который содержит наиболее ранние сведения об авестийских странах и их правителях — кави.
Как было сказано, ряд исследователей датирует в целом эту эпоху IX—VII вв. до н.э. В одной из последних по времени работ, посвященной данному вопросу, предложено датировать время деятельности ранних правителей Авесты 900—775 гг. до н.э., а царство поздней династии кави отнести приблизительно к 660—540 гг. до н.э. и связать его с Бактрийским царством. Эта гипотеза не лишена интереса. Однако, как показывают археологические исследования в Маргиане, Бактрии и Согде, в сравнении с архаичной социальной организацией Авесты в VII—VI вв. до н.э. здесь отмечалась более сложная линия развития общества.
Как известно, структура общества Авесты основана на четырехступенчатой системе организации — семья, род, племя, союз племен. В ранних частях Авесты отсутствует специальный термин для обозначения малой и большой семей раздельно, так как название нмана относится к дому, семье в целом.
Изученные археологические материалы VII—VI вв. до н.э. позволяют считать, что в это время в оседло-земледельческих областях юга Средней Азии основной производной силой являлась домашняя община, состоявшая из нескольких малых семей, которые проживали под общей крышей сельского дома-усадьбы типа Кызылча, раскопанной в долине Сурхана.