Разложение гоминдана

После безоговорочной капитуляции Японии гоминдан вернулся в районы, подвергшиеся японской оккупации, не как освободитель, а как захватчик. Заново были перераспределены правительственные посты, фабрики и торговые предприятия. Прислужники «четырех семейств» получили — как они и ожидали — монополию на все доходные места.

Чудовищная концентрация капитала и власти в руках «четырех семейств», существовавшая во время войны с Японией, продолжалась, причем после войны она шла все более ускоренными темпами. Представители полуфеодального бюрократического капитала стремились стать промышленниками, конфискуя фабрики и промышленные предприятия, находившиеся ранее в руках японцев. При этом они не изменили методов своего обогащения; они варварски грабили промышленность, попавшую в их руки, так же как, будучи помещиками, они привыкли эксплуатировать своих арендаторов и, будучи феодальными чиновниками, привыкли злоупотреблять своей властью. Все, что попадало им в руки, принимало форму государственной монополии, служившей их частным грабительским целям.
В результате такого захвата возникли угольная и текстильная монополии; «Национальный комитет сырьевых ресурсов» захватил монополию на металлургическую и горную промышленность. Законами о ввозе и вывозе была установлена монополия на внешнюю торговлю. Согласно феодальным традициям, доходы от этих монополий мгновенно переходили из рук правительства в карманы отдельных его членов.
Заколы о девизах, запрещавшие частным лицам владеть иностранной валютой, привели к тому, что правительственные банки стали монопольными обладателями долларов и фунтов.
Закон о золоте запрещал частную торговлю благородными металлами, обеспечив тем самым нескольким привилегированным банкирам исключительное право на все сделки с золотом. Бюрократы, издававшие законы, но никогда их не выполнявшие, зарабатывали миллиарды на спекуляции валютой и золотом. Фактически все банковское дело было узурпировано «четырьмя семействами».
В отчете Китайского центрального банка за июнь 1946 г. приводятся данные о том, что из 4635 банков и банковских учреждений, имевшихся в гоминдановском Китае, 3490 находились в руках правительства и только 1145—в частных руках. Правительственный контроль осуществлялся четырьмя крупными правительственными банками: Китайским банком, контрольный пакет акций которого находился в руках семейства Сун, Центральным банком, принадлежавшим семейству Кун, Крестьянским банком и Банком путей сообщения, находившимися в руках семейства Чэнь. Эти четыре крупных банка имели единое сверхруководство, возглавляемое Чан Кай-ши.
Соответственно их господствующему положению в области финансов, «четыре семейства» имели преобладающее влияние также и в промышленности.
Законы о валюте и монополиях лишали частных промышленников возможности получать за границей сырье, необходимое для того, чтобы пустить в ход их предприятия. Зато каждый, кто соглашался истратить часть своих доходов на подкуп таможенных властей и полиции, мог ввозить товары, которые в состоянии были купить лишь богачи и ввоз которых был не только экономически бесполезен, но и наносил большой вред отечественной промышленности. При этом власть имущие могли и не платить взяток, которые требовались от рядовых граждан, и тем самым получали возможность еще больше увеличивать свои доходы
 

Поиск по сайту

Статьи